И сказал:

-Кто мы, диду?.. Мы те... что за царя. Только мовчить, диду, никому не говорить... Бо ще не время

Но ему трудно было молчать.

- От жеж бачу, что вы не деникинцы. Хиба такие деникинцы! Хоть мы и темны люди, а все ж свит бачимо. Видно по вас, яки вы люди. Так буде нам свит? Буде государь?

От що зробылось без не время ще, диду,

- Мовчить, диду. Об этом не можно ще. Буде царь, буде! Только мовчитъ. Прийде время, будут вас усих пытать, чи хочете царя, чи ни. О тоди кажить, не ховайтесь. Кажить, - хочемо!

- Та хочемо! Як не хочемо! царя! А доживу ж я, старый?

- Доживете ... Только тихо. Не время ще диду, - мовчить!

И мы ушли, таинственно прикладывая палец к губам. Каким образом старик учуял, кто мы!.. Вероятно, в его представлении "те, что за царя" и должны быть такие ... Ведь государь старческой душе рисуется, как в старых сказках. И "его люди" не могут же не быть несколько иными ... Они не могут безобразить или ругаться в бога, в мать, в веру и Христа ... как большевики, как петлюровцы, махновцы, деникинцы...

Ах, в этом и трагедия, что народ не делает между всеми ними особого различия...

Шведы ль, наши шли здесь утром, Кто их знает - ото всех Нынче пахнет табачищем, Ходит в мире, ходит грех...

Если бы хоть мы, монархисты, следовали примеру первого русского императора и, вместо грабежа, насилия и матерщины, старались исправлять репутацию деникинской армии...

Тогда может быть: И развел старик руками, Шапку снял и смотрит в лес... Смотрит долго в ту сторонку, Где чудесный гость исчез.

Я хочу думать, что это ложь. Но мне говорили люди, которым надо верить.

В одной хате за руки подвесили... "комиссара"... Под ним разложили костер. И медленно жарили... человека ...